Венеция-Москва. Транзит

Анна С.(29 октября 2017):

Мы покидали театр холодным вечером, и мой супруг, выдохнув, произнёс: "Как же они гениальны!". Даже по прошествии почти недели мы то и дело возвращаемся к обсуждению увиденного. "Венеция-Москва.Транзит" — постановка уникальная, штучная. Безусловно, любой спектакль есть некое художественное явление, каждый раз обретающее особое звучание. Но творения Арт-кафе уникальны втройне, ибо они редки и эксклюзивны. Эта работа поражает своей смысловой насыщенностью и той эмоциональной вовлечённостью, что охватывает и исполнителей, и зрительный зал. Равнодушных в тот вечер просто не было — да и не могло быть. У многих на глазах блестели слёзы, столь мощным оказался финал… Трагичный, несправедливый, но — такова реальность. До сих пор нахожусь под приятным впечатлением потрясения и признаюсь, что российская часть истории оказалась мне душевно ближе (несмотря на всю мою любовь к Италии). Огромное спасибо вам, дорогие артисты. Низкий поклон Олегу Анищенко и Борису Мирзе за рождение этой миниатюрной жемчужины, и, конечно, всей труппе.

00

Татьяна(17 апреля 2022):

Настоятельно советую к посещению! Всё выполнено на высочайшем уровне!

00

Галина К(28 октября 2019):

<div> <p>Существуют постановки, о которых невероятно трудно подбирать слова. Спектакль «Венеция-Москва. Транзит» из репертуара театра на Юго-Западе — именно такой случай. Во время самого представления и позднее, по пути домой, мысли и чувства метались, казалось бы, абсолютно бессвязно. Отрывки, фрагменты, внезапные ассоциации... Всё потому, что действие неожиданно затрагивало нечто сокровенное внутри — важное или не очень, но своё, личное, или же нечто, напрямую связанное с собственной жизнью.</p> <p>Композиционно работа разделена на две части, которые, на первый взгляд, не объединены общей историей, сюжетной линией или персонажами. Однако их связывает сквозная тематика — любовь, смерть, жизненный выбор... И, безусловно, их связывают артисты. Вернее даже не связывают, а противопоставляют — два различных менталитета, две мировоззренческие позиции, два выхода из чем-то похожих обстоятельств.</p> <h3>Размышления о жанре и сюжете</h3> <ul> <li><strong>Заявленный жанр:</strong> драма.</li> <li><strong>Суть сюжета:</strong> при глубоком осмыслении — скорее трагедия.</li> <li><strong>Восприятие:</strong> однако трагедией спектакль не ощущается.</li> </ul> <p>Объяснение этому кроется в начале действия: история стартует в жизнеутверждающей Италии, где даже о кончине самых близких говорят легко и с оттенком веселья. Точнее, местом действия становится Венеция — это стало первой точкой моего эмоционального притяжения, ибо невозможно не влюбиться в этот город. Каждое произнесённое со сцены слово о нём было мне понятно и близко. Я живо представила себе львов, парящих над площадью Сан-Марко, которые вместо чинного сопровождения Святого вдруг начинают справлять нужду на головы прохожих. И почему-то это совсем не удивляло — в этом дивном городе возможно и не такое.</p> <p>Однако сюжет совершает крутой вираж, и мы оказываемся в Швеции, где разворачивается иная история, не столь радостная, но вновь пронзающая меня уколами узнавания. Действие то становилось внезапно весёлым, то погружалось в ужас. А сознание неотступно следовало за ним, мечась и пытаясь осмыслить.</p> <h3>Художественные контрасты и эмоциональные вихри</h3> <p>И вот мы снова в Венеции. Снова любовь, но на этот раз — нездоровая, тёмная, а выбор героя лишён всякой однозначности. Внезапно нас переносят в российскую деревню. Вновь те же актёры, вновь тема любви, но на фоне всепоглощающей безнадёги и тоски. Здесь любящие друг друга люди оказываются зажаты в удушающем кольце всеобщего непонимания и злобы. Однако выход для них оказывается иным.</p> <p>Странным и завораживающим образом здесь переплелись песня Виктора Цоя и молитва, достигшая, пусть и столь печальным способом, своих адресатов — Петра и Февронии. Это сплетение было настолько магнетическим, что я просто онемела от изумления.</p> <p>Перед нами — девушка «с дурацким мужским именем» Сашка и юноша «с дурацким женским именем» Женя. Финал их истории оказывается именно таким, о каком они, возможно, молились, — и, быть может, поэтому спектакль не становится трагедией. Но это — для них. Для же окружающих их людей их счастье оборачивается бедой.</p> <p>Вот такой сумбур царил в сознании (а на деле — ещё больший, ибо не хочется публично обнажать всё, что ранило и трогало по ходу действия — это слишком личное). А причина всему? Потому что актёры сыграли просто блестяще.</p> <h3>Актёрские работы</h3> <p>Прежде всего, хочется выделить Любовь Ярлыкову (Воропаеву) и Максима Лакомкина. Их итальянские образы (ну, если точнее, у Максима — швед, но всё равно живущий в Венеции) и их русские персонажи — все глубоки и трогательны. Хотя русские герои, пожалуй, получились особенно пронзительными. Сашка в исполнении Любови — это просто вывернутая наизнанку душа. Вообще, с огромной радостью наблюдаю, как от работы к работе крепчает актёрское мастерство Любови — браво!</p> <p>Не могу не отметить и игру Владимира Курцебы. Его Егор (и здесь русский персонаж вышел сильнее) невероятно убедителен. И в Венеции, и в России эти трое образуют любовный треугольник — с разными исходами, с разным выбором каждого из героев.</p> <p>Уверена, что в этих историях, рассказанных с камерной сцены, каждый зритель отыщет нечто, что затронет именно его струны души, узнает в чём-то свою ситуацию или хотя бы её грань, увидит кого-то из близких. Я невероятно рада, что наконец-то познакомилась с этой постановкой, которую давно мечтала увидеть. Уже ради одной только неповторимой атмосферы Арт-кафе Юго-Запада туда определённо стоило прийти.</p> </div>

00

Анна Столярова(29 октября 2017):

Покидая театр холодным вечером, мой супруг произнес: «Как же гениально они играют!» — и даже неделю спустя мы продолжаем возвращаться к обсуждению этого спектакля. «Венеция-Москва.Транзит» — поистине уникальная работа. Безусловно, каждая постановка является произведением искусства, обладающим собственной интонацией. Однако спектакли Арт-кафе — особая категория, ведь они редки и эксклюзивны. Эта работа поражает глубиной содержания и эмоциональной насыщенностью, которая захватывает как исполнителей, так и зрительный зал. Никто не остался равнодушным — это было невозможно. У многих на глазах блестели слезы в кульминационный момент... Финал оказался столь пронзительным, печальным, несправедливым, но именно таким бывает жизнь. До сих пор нахожусь под приятным впечатлением от пережитого и признаюсь, что российская часть истории оказалась мне духовно ближе (при всей моей любви к Италии). Огромная благодарность дорогим югозападникам! Отдельный поклон Олегу Анищенко и Борису Мирзе за создание этого камерного шедевра, а конечно, и всем артистам без исключения.

00

Андрей(11 августа 2024):

Уникальное повествование о двух любовных треугольниках в разных уголках мира и их трогательных историях. Любой зритель обнаружит нечто, что отзовётся именно в его сердце, узнает знакомые обстоятельства или их отголоски, увидит в персонажах черты близких людей.

00

Галина К.(28 октября 2019):

<div> <p>Существуют постановки, о которых невероятно трудно подбирать слова. Спектакль «Венеция-Москва. Транзит» из репертуара театра на Юго-Западе — именно такой случай. Во время самого представления и позднее, по пути домой, мысли и чувства метались, казалось бы, абсолютно бессвязно. Отрывки, фрагменты, внезапные ассоциации... Всё потому, что действие неожиданно затрагивало нечто сокровенное внутри — важное или не очень, но своё, личное, или же нечто, напрямую связанное с собственной жизнью.</p> <p>Композиционно работа разделена на две части, которые, на первый взгляд, не объединены общей историей, сюжетной линией или персонажами. Однако их связывает сквозная тематика — любовь, смерть, жизненный выбор... И, безусловно, их связывают артисты. Вернее даже не связывают, а противопоставляют — два различных менталитета, две мировоззренческие позиции, два выхода из чем-то похожих обстоятельств.</p> <h3>Размышления о жанре и сюжете</h3> <ul> <li><strong>Заявленный жанр:</strong> драма.</li> <li><strong>Суть сюжета:</strong> при глубоком осмыслении — скорее трагедия.</li> <li><strong>Восприятие:</strong> однако трагедией спектакль не ощущается.</li> </ul> <p>Объяснение этому кроется в начале действия: история стартует в жизнеутверждающей Италии, где даже о кончине самых близких говорят легко и с оттенком веселья. Точнее, местом действия становится Венеция — это стало первой точкой моего эмоционального притяжения, ибо невозможно не влюбиться в этот город. Каждое произнесённое со сцены слово о нём было мне понятно и близко. Я живо представила себе львов, парящих над площадью Сан-Марко, которые вместо чинного сопровождения Святого вдруг начинают справлять нужду на головы прохожих. И почему-то это совсем не удивляло — в этом дивном городе возможно и не такое.</p> <p>Однако сюжет совершает крутой вираж, и мы оказываемся в Швеции, где разворачивается иная история, не столь радостная, но вновь пронзающая меня уколами узнавания. Действие то становилось внезапно весёлым, то погружалось в ужас. А сознание неотступно следовало за ним, мечась и пытаясь осмыслить.</p> <h3>Художественные контрасты и эмоциональные вихри</h3> <p>И вот мы снова в Венеции. Снова любовь, но на этот раз — нездоровая, тёмная, а выбор героя лишён всякой однозначности. Внезапно нас переносят в российскую деревню. Вновь те же актёры, вновь тема любви, но на фоне всепоглощающей безнадёги и тоски. Здесь любящие друг друга люди оказываются зажаты в удушающем кольце всеобщего непонимания и злобы. Однако выход для них оказывается иным.</p> <p>Странным и завораживающим образом здесь переплелись песня Виктора Цоя и молитва, достигшая, пусть и столь печальным способом, своих адресатов — Петра и Февронии. Это сплетение было настолько магнетическим, что я просто онемела от изумления.</p> <p>Перед нами — девушка «с дурацким мужским именем» Сашка и юноша «с дурацким женским именем» Женя. Финал их истории оказывается именно таким, о каком они, возможно, молились, — и, быть может, поэтому спектакль не становится трагедией. Но это — для них. Для же окружающих их людей их счастье оборачивается бедой.</p> <p>Вот такой сумбур царил в сознании (а на деле — ещё больший, ибо не хочется публично обнажать всё, что ранило и трогало по ходу действия — это слишком личное). А причина всему? Потому что актёры сыграли просто блестяще.</p> <h3>Актёрские работы</h3> <p>Прежде всего, хочется выделить Любовь Ярлыкову (Воропаеву) и Максима Лакомкина. Их итальянские образы (ну, если точнее, у Максима — швед, но всё равно живущий в Венеции) и их русские персонажи — все глубоки и трогательны. Хотя русские герои, пожалуй, получились особенно пронзительными. Сашка в исполнении Любови — это просто вывернутая наизнанку душа. Вообще, с огромной радостью наблюдаю, как от работы к работе крепчает актёрское мастерство Любови — браво!</p> <p>Не могу не отметить и игру Владимира Курцебы. Его Егор (и здесь русский персонаж вышел сильнее) невероятно убедителен. И в Венеции, и в России эти трое образуют любовный треугольник — с разными исходами, с разным выбором каждого из героев.</p> <p>Уверена, что в этих историях, рассказанных с камерной сцены, каждый зритель отыщет нечто, что затронет именно его струны души, узнает в чём-то свою ситуацию или хотя бы её грань, увидит кого-то из близких. Я невероятно рада, что наконец-то познакомилась с этой постановкой, которую давно мечтала увидеть. Уже ради одной только неповторимой атмосферы Арт-кафе Юго-Запада туда определённо стоило прийти.</p> </div>

00