Евгений Онегин
Музыкальный театр имени Станиславского и Немировича-Данченко

Olga(18 июля 2024):

С огромным удовольствием. Онегин в трактовке артиста Ли — яркий и запоминающийся, браво! Театр точно нельзя упрекнуть в недостатке разнообразия!))) Особенно тронул Гремин — так искренне и проникновенно. Отдельный комплимент сценографии — несколько по-настоящему эффектных решений. Оценка — твёрдая пятёрка!

00

Анастасия К.(22 октября 2024):

Вокальные партии порой терялись. Актёрская игра оставила желать лучшего. Зато музыкальное сопровождение — безупречно!

00

Ирина О.(26 октября 2017):

<div xmlns="http://www.w3.org/1999/xhtml"> <p>Мой опыт как ценителя оперного искусства нельзя назвать обширным. Еще накануне вечером мама вспоминала, как шестьдесят пять лет назад в Большом театре слушала «Онегина», где партию Ленского исполнял сам Иван Козловский. Для меня же эта опера стала первым подобным впечатлением, а моя скромная театральная летопись прежде включала лишь «Снегурочку» с непревзойденной Ириной Архиповой в образе Весны — и то событие отстоит от настоящего на добрых четыре десятилетия. Поэтому, получив приглашение от сообщества "Люблю Москву" посетить Музыкальный театр имени Станиславского и Немировича-Данченко, я, разумеется, не могла упустить такой прекрасный, более чем заманчивый шанс и поспешила откликнуться горячим «хочухочухочу».</p> <p>Театр встретил меня:</p> <ul> <li>изящным, просторным фойе;</li> <li>уютным и нарядным залом (где я когда-то, очень давно, видела лишь балет «Конек-горбунок»);</li> <li>буфетом с аристократичными ценами, но зато с впечатляющим разнообразием напитков и легких угощений.</li> </ul> <p>Мое место в седьмом ряду открывало великолепный обзор. Еще до начала представления взгляд приковывала сценография, созданная Давидом Боровским. Как всегда у истинного Мастера — лаконичными, но невероятно выразительными и эстетически безупречными средствами. Белоснежные колонны, уходящие ввысь, в финале преображались в склонившиеся черные стволы деревьев. Рядом замерли такие же белые скульптуры, которые босоногие служанки с игривой беззаботностью осыпали пестрыми осенними листьями. Позже эти изваяния оживали, начинали двигаться и возникали на протяжении всего действия подобно безмолвным, отстраненным свидетелям разворачивающейся драмы.</p> <p>Первая картина, стоит признать, далась мне нелегко — в силу моей неподготовленности. Несмотря на то, что голоса артистов и мощь оркестра долетали до зала в совершенстве, слова терялись, и диалог четырех женщин на сцене оставался загадкой. Насколько я могу судить (мой оперный багаж, безусловно, скромен, хотя в театр Оперетты я хожу часто), такая неразборчивость текста особенно свойственна женскому ансамблю. Субтитры на английском, увы, не стали для меня подспорьем. Ситуация кардинально изменилась с появлением Онегина и Ленского: общий смысл их реплик становился ясен, даже если каждая отдельная фраза ускользала. (Знатоки, конечно, заметят, что содержание полагается знать заранее, а главное — слушать музыку. С музыкой все было безупречно: Чайковский очаровывал, и я искренне наслаждалась. Что до текста — я не совсем профан, но кто из неискушенных зрителей мог предположить, что хрестоматийное «Мой дядя самых честных правил» переместится из начала пушкинского романа прямиком в середину второй сцены?).</p> <p>По-настоящему я погрузилась в спектакль с момента, когда девушки стали развешивать белье под напев «Девицы, красавицы, душеньки-подруженьки...». Эта сцена была наполнена удивительными деталями: замечательный дворовый мальчишка, «в салазки Жучку посадив», и сама очаровательная Жучка... и страстная отповедь Онегина, прозвучавшая среди трепета белоснежных простынь.</p> <p>Далее зрителя ждала подготовка к балу у Лариных, где колонны обвивали мерцающие гирлянды, и сам балет, в начале которого гости оставляли на длинной вешалке свои шинели и цилиндры. Режиссерское решение бала было безукоризненным: плавное движение танцующих пар, остроумные куплеты Трике, нарастающее напряжение, вылившееся в роковую ссору Ленского и Онегина.</p> <p>Второе действие прошло для меня, что называется, «на ура». Отчасти — благодаря божественной музыке Чайковского. Но! — Александр Титель привнес в классическое произведение особый нерв и глубинный смысл, более свойственные драматическому театру. Артисты были безупречны: точное следование режиссерскому замыслу, мощная энергетика, подлинный драматизм.</p> <p>Особенно покорили два момента в сцене дуэли:</p> <ul> <li>Сегодняшние противники почти примиряются, протягивая друг другу руки, но так и не пожимают их. Спустя мгновения один из них будет убит, а второму предстоит жить с неизбывным грузом вины и скорби.</li> <li>После выстрела наступает долгая, гнетущая тишина, которую внезапно нарушает чарующий вальс — музыка, под которую так хочется кружиться с любимой... Но под его звуки лишь безмолвно застыли черные фигуры меж колонн-деревьев, выстроившихся по диагонали сцены.</li> </ul> <p>Нельзя не отметить и блестяще поставленную московскую «ярмарку невест», где мужчины, подобно взыскательным покупателям, разглядывают дам, которые томно поворачиваются перед ними, демонстрируя себя с разных сторон.</p> <p>Оценивать вокальное мастерство я не берусь — не обладаю достаточной экспертизой. Однако обилие цветов, которые благодарные зрители-ценители преподнесли артистам по окончании, красноречиво свидетельствовало: голоса звучали превосходно.</p> <p>Костюмы отличались выверенной сдержанностью: у мужчин — белые рубашки, черные сюртуки и накидки. Платья дам были единого покроя, и лишь цветом выделялись героини первого плана. Дворовые девушки — в свободных холщовых рубахах, а в зимних сценах — в трогательных вязаных носочках, добавлявших образам теплоты и наивности.</p> <p>Довольна ли я вчерашним вечером? БЕЗУСЛОВНО. Это был один из самых ярких и запоминающихся театральных вечеров в этом сезоне. Приношу искреннюю благодарность сообществу за драгоценное приглашение и, конечно, самому Театру — за потрясающий, глубокий спектакль, который надолго останется в памяти.</p> </div>

00

Dasha Shkie(15 января 2018):

<div class="review"> <h3>Впечатления от посещения спектакля в новогодние праздники</h3> <p>С художественной и постановочной точки зрения — это безупречная работа. Действие выстроено вокруг шести колонн и изысканной световой партитуры, которые с первых минут создают неповторимую атмосферу и полный эффект погружения в эпоху.</p> <p>Особого признания заслуживает актерская игра артистов, выходящая за рамки простого музыкального исполнения. В частности, исполнительница роли Татьяны блестяще справилась со сложной задачей, воплотив на сцене подлинный образ русской женщины. Ради одного этого уже стоит посетить постановку.</p> <section class="critique"> <h4>О звучании и вокале</h4> <p>К сожалению, качество вокального исполнения оставило противоречивые впечатления. Находясь в 14 ряду партера, мы столкнулись со значительными сложностями:</p> <ul> <li>Голоса большинства солистов были едва различимы на фоне оркестра, что требовало постоянного напряжения слуха.</li> <li>Значительная часть текста оказалась неразборчивой — выручили лишь английские титры и предварительное знакомство с либретто.</li> </ul> <p>Первоначально мы предположили, что причина в акустике зала или чрезмерной громкости оркестра. Однако во втором акте выступление артиста, исполнявшего партию Гремина, всё расставило по местам. Его мощный, прекрасно поставленный голос, легко парировавший оркестр, продемонстрировал, что корень проблемы — не в технических особенностях зала.</p> <p>Этот контраст стал наглядной иллюстрацией того, что опытные педагоги метко называют <strong>«утратой школы дыхания»</strong>. Неудивительно, что именно Гремин был удостоен самых громких и искренних аплодисментов — публика всегда тонко чувствует подлинное мастерство.</p> </section> <section class="reflection"> <h4>Тревожная тенденция</h4> <p>Подобная ситуация, увы, не единична. Аналогичную картину пришлось наблюдать в прошлом сезоне на исторической сцене Большого театра, где лишь второстепенная персона своей яркой вокальной подачей «оживила» спектакль. Похожие проблемы с балансом и силой звука нередки и в других известных музыкальных театрах.</p> <p>Особое недоумение вызывает тот факт, что по краю авансцены были заметно установлены микрофоны. Это наводит на грустные размышления о возможной будущей практике оснащения оперных певцов персональными микрофонами, как это принято в мюзиклах, что fundamentally противоречит самой природе академического вокала.</p> <p>Складывается впечатление, что современная оперная сцена переживает не лучшие времена в вопросах сохранения вокальной культуры.</p> </section> </div>

00

Tatyana O.(21 января 2019):

Пушкин и Чайковский против режиссёра-постановщика. Я расцениваю это как обман зрителя и профанацию искусства. Люди приходят в театр не только послушать музыку (её можно включить и в телефоне!), но и увидеть, впитать в себя этот оперный шедевр. ДЕКОРАЦИЙ ПРАКТИЧЕСКИ НЕТ!!! На сцене творится нечто невразумительное... Татьяна с подушкой, водящая пальцами по воздуху (будто пишет письмо), поёт, распластавшись на полу... По сцене снуют прачки... Развешанные простыни — и в саду, где происходит объяснение Онегина с Татьяной (спасибо, что не нижнее бельё!), за одной из них прячется героиня... Собачка в детских санках... Безжизненное тело Ленского катится по сцене — его подметают дворники... Татьяна целуется с Онегиным (хорошо ещё, что не отдаётся ему прямо там!). Возникает чувство, что это не величайшая и любимейшая опера, а настоящая палата №6... Сплошной кошмар. Позор театру.

00